Показать сообщение отдельно
  (#12) Старый
Павел Горюшкин Павел Горюшкин вне форума
участник
 
Сообщений: 32,446
Регистрация: 02.05.2011
По умолчанию 19.04.2017, 14:03

Священники вздыхали…
— Воистину последние времена, — шептал старичок протоиерей.
— Ну, и что же последовало затем? — спросил он.
— А затем я, ваше высокопреосвященство, велел ему удалиться. Он покорно без всяких сопротивлений ушёл.
— Больше вы ничего не можете сказать, о. Иоанн?
— Более того ничего-с…
— Слово вам принадлежит, Никанор Никифорович.
— Я, ваше высокопреосвященство, к сказанному о. Иоанном могу прибавить весьма немного. Как вышел этот самый субъект из церкви, я послал околоточного Судейкина навести справку, кто он и вообще насчёт благонадёжности. Результаты, как и следовало полагать, оказались самые очевидные. Веры назвался *******ой, нигде не прописан, и ко всему — живёт без всякого паспорта… Вот всё, что я могу прибавить, ваше высокопреосвященство…
Он сел.
Все с видимым удовольствием слушали речь миллионера Бардыгина. Теперь хоть что-нибудь разъяснилось.
— Ну, понятно, беглый, — слышались удовлетворённые голоса, — ни паспорта, ни вида…
— Ну что за подлый народ эти жиды! Ведь отвели им место: живи! Нас не трогай, и мы тебя не будем трогать. Так нет, так и лезут, пархатые…
— Ну, теперь всё ясно, — говорил толстый архимандрит старичку епископу.
— Теперь слово за вами, о. Никодим, — сказал митрополит.
О. Никодим встал. Вид у него был испуганный, съёженный. Ни на кого не поднимая глаза, тихим, прерывающимся голосом и даже забыв сказать обычное обращение, он сказал следующее:
— Ко мне в церковь он пришёл утром. Разбросал деньги по полу. Кричал, что нельзя здесь торговать, что здесь дом Отца… Потом подполз к нему расслабленный. Он повернулся к нему: прощаю, говорит, тебе грехи! Кощунствуешь, говорю. Он ко мне: хорошо, говорит, я ему по-другому скажу. Возьми, говорит, постель и иди. И тот сейчас же, как словно здоровый, встал…
О. Никодим не прибавил больше ни слова и, бледный, взволнованный почти до обморока, сел на своё место.
В зале было тихо. Владыка что-то писал. Отцы задумались.
— Прошу высказаться, — резко прозвенел голос…
Встал толстый архимандрит.
— Я, ваше высокопреосвященство, человек простой. По-моему, на Валаам.
Сел.
Встал седой как лунь епископ Агафангел.
— Ваше высокопреосвященство! По-моему, дело опасное. Народ суеверен. Лжечудеса этого богохульника могут иметь страшные последствия для всего православного мира… Я предлагаю ходатайствовать перед администрацией о немедленном запрещении этому человеку как устной проповеди, так и литературной деятельности; если возможно, кроме того, по этапу отправить на место жительства…
Предложение Агафангела было встречено с большим сочувствием.
Но вдруг на задних рядах поднялся молодой дьякон.
— Ваше высокопреосвященство, — сказал он, — я хотел бы сказать вот что. Нельзя судить, не выслушав обвиняемого. Я верю всем свидетелям, конечно; но свидетели описывали факты. Нам важно знать, как их объясняет сам обвиняемый. Я предложил бы послать немедленно за ним. О. Никодим говорил, что он ночует у одного сторожа в его приходе. Времени на всё это потребуется полчаса.
Предложение приняли единогласно. Решено было отправить о. Никодима за Иисусом, а покуда сделать перерыв на полчаса.
Ответить с цитированием